Музыка высокой правды

20 марта 1985

Несколько лет назад Святослав Теофилович Рихтер передал часть своих вещей — ноты, афиши, пластинки, фотографии, книги, рецензии, памятные подарки — в детскую Школу искусств № 3 на Каширском шоссе в г. Москве, где ребята учатся музыке, живописи, балету. Ираида Тимофеевна Бобровская, давняя, верная и, главное, очень действенная поклонница Святослава Теофиловича, организовала в школе «комнату Рихтера» и является главным в ней экскурсоводом. Здесь вам все покажут, расскажут, проиграют записи…

…Портрет мальчика лет четырех-пяти: маленький Светик, как называли его в детстве. Бесспорно, узнаваем: огромный лоб, смышленые глаза…

Детство и юность Рихтера прошли в Одессе. Каким он тогда был? Случалось, собрав утром учебники и тетрадки, бродил по городу, «после уроков» как ни в чем не бывало возвращаясь домой. Раз к матери пришла учительница, огорошив ее вопросом: «Что с вашим сыном? Почему Он не ходит в школу?». Рихтер никогда не скрывал, что в школе ему было не очень интересно. Ему нужна была только музыка. Еще до того, как научился играть, он стал сочинять. Первые пьесы — «Вечер в горах», «Сон», «Утренние птички» — записаны отцом, Теофилом Даниловичем. Пианист и органист, он сам попробовал заниматься с сыном. Как каждый педагог, потребовал гаммы («Гаммы я никогда не играл!» — признался И. Т. Бобровской Рихтер, и она только в ужасе замахала руками: «Только ученикам нашим об этом не говорите!»). Отец настаивал: выучка есть выучка. Тогда строптивый сын сыграл гамму… носом.

Лет с восьми начал проигрывать клавиры опер — их переложение для фортепьяно. Он легко «читал с листа», то есть играл новые ноты сразу, без подготовки, как читают книгу. Уже мальчиком знал наизусть все оперы Вагнера, а они очень сложные и длинные. Мечтал стать дирижером. Сочинял довольно много. В Одессе заботливо сохранили и прислали Рихтеру его детские опусы — оперы «Бэла» по Лермонтову, «Ариана и Синяя Борода», более поздние вальсы, фокстроты, романсы. Писал он и драмы — велика была тяга к театру, кино, большому, разноцветному, разностороннему действу, в котором радостно участвовало бы много людей.

В пятнадцать лет он, самоучка, уже работал концертмейстером, сначала в Доме моряков, потом в филармонии, в восемнадцать — в знаменитом Одесском оперном театре. Двадцати лет дал первый сольный концерт.

Однажды он попал на концерт гастролировавшего в Одессе Генриха Нейгауза, профессора Московской консерватории. И двадцатитрехлетний Рихтер едет в Москву — ему надо попасть только к Нейгаузу! Это была судьба. Нейгауз сказал о Рихтере: «Вот ученик, о котором я мечтал всю жизнь!».

В этом маленьком школьном музее по праву много фотографий Г. Г. Нейгауза. Он знал о Рихтере все. Рихтер — пианист «первый среди равных». Нейгауз утверждал также, что Рихтер мог бы стать прекрасным художником. Рисовал всегда пастелью — пейзажи, городские виды, часто по памяти.

Консерватория была закончена в 1944 году. За диплом безоговорочно сочли его сольный концерт в Большом зале Консерватории.

Еще во время учебы Рихтер организовал студенческий кружок, где игралось много музыки, не входившей в программу. Играли в четыре, в восемь рук. Прошло более ста занятий! Симфонии, оперы, новинки советской музыки. Много музицировали и в доме Генриха Густавовича. Как-то раз с пианистом Анатолием Ведерниковым исполняли здесь новый, Пятый концерт Прокофьева. Композитору очень понравилось, сказал: «Молодцы!» — и подарил обоим по шоколадке…

Долго уговаривал Генрих Густавович Рихтера выступить на Всесоюзном конкурсе пианистов — первом после войны. К конкурсам и наградам, даже самым высоким, Рихтер равнодушен. Но ради Учителя согласился. Конечно, одержал победу.

Весной 1954 года — первые гастроли за рубежом. Фестиваль «Пражская весна». В Чехословакии до сих пор с гордостью говорят: «К нам и Рихтер к первым приехал, и Гагарин!». В «комнате Рихтера» в Школе искусств много фотографий, рецензий, ярких иностранных афиш — по ним прослеживаются его пути по странам Европы, в Америку, Китай, Японию.

Слово «искусство» имеет два значения. Первое — мастерство, мы говорим: «искусный мастер». Второе наполнено возвышенным смыслом. Рихтер максимально приблизился к обеим вершинам. Целиком перевоплотиться в автора нельзя, но эта недосягаемость — горе и великое устремление каждого музыканта. Рихтера в особенности.

При «комнате Рихтера» в Школе искусств № 3 работают энтузиасты. Один из них, Михаил Иванович Эман, коллекционирует записи всех его концертов. Предварительно уговорившись, можно послушать запись любого его выступления. Ираида Тимофеевна учит слушать музыку, используя рихтеровские записи. Обсуждает с ребятами обычно «Хоровод гномов» Листа, «Отражения в воде» Дебюсси, «На тройке» Чайковского, пьесу Шумана «Порыв». Кому видится в этой музыке ураган на море, кому — мощные деревья, сгибаемые ветром. А один первоклассник сказал: «Я представил себе, что давно не было мамы. Я очень соскучился. Потом она пришла, и я к ней бросился. Это ведь порыв, да?». Музыка открывает каждому свое, особенное.

В Школе искусств Рихтер дает концерты. Приглашаются педагоги всех шести музыкальных школ Красногвардейского района, учащиеся школы с родителями. Он очень любит здесь играть, говорит, что ему нравятся публика, зал, атмосфера. Огромно его желание приобщить детей, молодежь к музыке. Он боится, что заставлять детей заниматься музыкой бесполезно. Надо увлечь и убедить. Он и ради этого работает бесконечно. Надо уметь это ценить.

Обратите внимание, как на сцену выходит Рихтер,— его концерты довольно часто передают по телевидению. Бывает, он буквально вылетает из-за кулис и, не успев сесть поудобнее, вгрызается в рояль. Так уж он настроился.

А вот другой Рихтер. Сел и сосредоточивается. Замер. Словно не решается положить руки на клавиатуру.

Какие он умеет устраивать праздники! Может, и то на него повлияло, что дома у Генриха Густавовича всегда собирались друзья, ученики — музыканты, поэты, актеры, и какие! Нет, дар художника, режиссера, дирижера не пропал в Рихтере. Вот уже больше двадцати лет он ежегодно организует музыкальный фестваль-празднество в Турени во Франции. Четырежды прошел фестиваль «Декабрьские вечера» в Государственном музее изобразительных искусств имени А. С. Пушкина. Ставил он здесь «Альберта Херринга» и «Поворот винта» Бенджамина Бриттена. Ирина Александровна Антонова, директор музея, договаривается с нашими и зарубежными музеями, подбирая картины для очередной выставки, которая составляет одно целое с музыкальным праздником.

Когда-то Рихтер придумал игру «Путь музыканта». Нарисовала ее на большом картоне художница А. И. Трояновская — жизнь артиста, судя по его розовому камзолу, в веке восемнадцатом. Обычная настольная игра, к каким мы все с детства привыкли. Ставь фишки, кидай кубик, отсчитывай ходы. На стол ставится миска фасоли. Каждому выдается по тридцать штук — ими надо будет расплачиваться. Чтобы начать игру, кто-то должен выкинуть «шестерку». «Ура, я родился!» — кричит счастливчик. Но его поправляют: «Ты — найден»,— ибо изображен не просто новорожденный в пеленках, а подкидыш. Судьба нашла артиста, которого она поведет по сложному, «цветному» пути. Вот его, юного вундеркинда, порют. Этот пункт называется «Ошибки воспитания» — плати в кассу три фасолины. Герой бежит из дому, становится бродячим флейтистом, терпит побои. Но вот уже разглядывает юношу в лорнет знатная дама. В замок его доставляют в роскошной карете (получи 15 фасолин), или же он вынужден брести туда пешком (10 фасолин). Вот он придворный музыкант, его концерты оплачиваются все большим числом фасолин из миски. «Влюбленность» — делай ход вперед и два назад. Пункт «Вдохновение» — вокруг головы музыканта вьется легкое облачко ноток; здесь надолго застревают; сиди, работай. А вот золотой кружочек «Клятвы». Его блеск обманчив — фасолинок тебе не причитается, ибо «клятвы ничего не стоят». «Измена» — пропусти в отчаянии три хода. «Дружба» — выбирай себе друга, дели пополам выигрыш. Бойся «Дуэли» — все фасолины отбираются. Почти в самом конце 70-й кружок — «Приз». Музыканта увлекает за собой белокурая Муза с лирой в руках, а выигравший и в самом деле получает «ценный сувенир». И грают сосредоточенно, Святослав Теофилович со свойственным ему педантизмом отвлекаться не дает. Игра азартная и серьезная: один игрок уже устремился к Музе, другой — все еще «не найден»… Азартнее и интереснее только сама жизнь собравшихся здесь в недолгое время отдыха музыкантов…

Найденный судьбой, разысканный «уникальными генами» в немецкой семье (заброшенной почти два века назад в Россию), Святослав Теофилович Рихтер пережил все — не только любовь, дружбу и вдохновение, но и «ошибки воспитания», «клятвы», «дуэли», отчаяние.

Не случайно одной из книг о нем предпослан эпиграф: «Высшим отличием человека является его упорство в преодолении жестоких препятствий».

Нейгауз писал о Святославе Рихтере: «Он и борется своим неощутимым, но смертельным оружием искусства со всеми врагами: подлостью, ложью, надувательством, пустозвонством, низостью души…».

Если задуматься, что останется от нашей цивилизации очень далеким нашим потомкам после многочисленных катаклизмов, можно уверенно сказать: не будут забыты имена Улановой, Шостаковича, Рихтера… Сегодня Святославу Теофиловичу исполняется семьдесят лет.

Не упускайте возможность стать их внимательными современниками.

Н. Коренева, газета «Комсомольская  правда» от 20 марта 1985 года

Татьяна Карамян

Родилась в 1962 году в Москве. Художник-живописец, график, дизайнер одежды. Член Московского союза художников. С 1989 года живописные работы участвуют в российских и зарубежных выставках (Испания, Нидерланды, Бельгия). Создала авторскую технику смешения масляной живописи и ручной вышивки. С 2004 года занимается художественным... Читать далее »